Журнал ТЗ №2 2009 | Госзаказ и коммерческий рынок технических средств безопасности
  бюро находок  
  Где искать        
наши издания
наши анонсы






2009
№2
статьи



Журнал ТЗ №2 2009



Раздел: Акцент
Тема:
Автор:

Госзаказ и коммерческий рынок: ожидания и реали

За круглым столом ТЗ сегодня с вами:

Алексей ГУРЕЕВ, генеральный директор ЗАО «Компания безопасность»
Вячеслав ТЕСАКОВ, генеральный директор компании «Равелин»
Александр ПОПОВ, компания «Тахион»

Вопрос для обсуждения
Опыт вашей компании в госсекторе и на коммерческом рынке. Что преобладает и по каким причинам?

Алексей ГУРЕЕВ:
В основном среди наших заказчиков преобладают компании госсектора, среди которых хотел бы отметить предприятия атомной и гидроэнергетики, силовые ведомства нашей страны. Доля госсектора в общем объеме заказов компании составляет около 80%. Такое соотношение характерно для ЗАО «Компания безопасность», так как компания изначально была ориентирована на работу с объектами с повышенными требованиями к безопасности, требующими порой индивидуального подхода к разработке систем физической защиты. Для нас госзаказ – это ключевой элемент стратегии компании.

Вячеслав ТЕСАКОВ:
Опыт реализации государственных заказов у нас есть, но небольшой. На этапе становления компании мы участвовали в тендерах на получение госзаказов. Проанализировав это опыт, мы пришли к выводу, что силы и средства, потраченные на получение и выполнение государственных заказов, неадекватны результатам, которые получает компания. И мы постепенно перешли на коммерческий рынок, и сегодня наши усилия сосредоточены именно в этом сегменте.
Но мы очень внимательно следим за тем, что происходит в нашей отрасли с госзаказами. Какова там ситуация? На мой взгляд, действующая сегодня система распределения госзаказов не очень хороша, она ни в коем случае не способствует ни развитию рынка, ни внедрению лучших технических решений.
Система включает два способа получения государственного заказа: тендер или аукцион. Причем, и это ни для кого не секрет, тендер, как правило, проводится под какую-то конкретную компанию. С самого начала процентов на 80–90 известно, кто выиграет этот самый тендер. Исключения случаются лишь в одном случае: если кто-то из игроков вдруг прибегнет к демпингу.
То же самое и с аукционами. Изначально вроде бы неплохая идея открытых и массовых аукционов на деле, реализуется, как правило, таким образом, что заложить в смету разумную прибыль практически невозможно.
Вот, собственно, основные причины, из-за которых наша компания напрямую не участвует в государственных тендерах. Но мы помогаем нашим партнерам, предлагая такие технические решения, которые позволяют им выигрывать тендеры.

Александр ПОПОВ:
Опыт компании работы с госзаказом есть. Оговорюсь, подразумеваю, что непосредственно заказчиком нашей фирмы выступает именно госструктура, в графе «Плательщик» в счете фигурируют реквизиты государственной организации. То есть не берутся в расчет те продажи, которые уходят в госструктуры через коммерческих посредников или инсталляторов. И, говоря о прямых госзаказчиках, да, опыт имеется, и немалый. В первую очередь по длительности и скрупулезности общения. Если говорить по соотношению госзаказа (опять же непосредственного) и коммерческих партнеров, то доля госзаказа не перевалит и за 1%. Я просто просмотрел свои данные за последние два года и сравнил доли всевозможных ООО, ЗАО, АОЗТ... с долями ГП, ФГУП и т. п. Но это на сегодняшний день. Было время, когда превышала и половину оборота. А вот по опосредованным заказам, насколько можно судить по номенклатуре и сведениям «со стороны», доля по-прежнему большая.
То есть картина на сегодня такая: доля нашей продукции на объектах госзаказа достаточно весомая (существенно больше, чем год-два-три – пять назад), а сами госструктуры выступают нашим непосредственным заказчиком очень редко.

Вопрос для обсуждения
Какова, по вашим оценкам, доля госзаказа в отрасли ТСБ?

Алексей ГУРЕЕВ:
По моим оценкам, доля госзаказа в отрасли составляет примерно 50%.

Вячеслав ТЕСАКОВ:
Доля весьма существенная. Если к чисто государственным структурам, размещающим свои заказы в нашей отрасли, добавить компании, в которых главный акционер – государство, скажем «Газпром», то думаю, это будет порядка 50% всего российского рынка ТСБ.

Александр ПОПОВ:
Скажем так, объекты госзаказа потребляют сегодня львиную долю рынка ТСБ, если брать этот рынок в денежном обороте. Если в товарном, то доля эта будет существенно ниже, но все равно останется самым крупным сегментом потребительского рынка. Такова специфика такого потребителя и специфика ТСБ как сегмента потребительского рынка в целом с учетом, так сказать, внутриполитических и правовых факторов маркетинга.

Вопрос для обсуждения
Верно ли, на ваш взгляд утверждение, что госзаказ – это всегда самая качественная техника и лучшие решения?

Алексей ГУРЕЕВ:
Всегда очень сложно оперировать такими неопределенными понятиями, как «качественная техника». Основной выбор государственные предприятия делают в пользу надежности, это тем более важно при оснащении объектов с повышенными требованиями к безопасности. В основном преобладает техника российских производителей. Однако у такого подхода есть и свои минусы. Ставя во главу угла такой критерий, как надежность, у производителя практически не остается возможности использовать передовые инновационные решения при разработке комплексов.

Вячеслав ТЕСАКОВ:
Здесь очень многое зависит от компании, которая выигрывает тендер. В Санкт-Петербурге, например, есть компания, которая выбрала действительно лучшее на то время техническое решение и с этим решением выиграла тендер. Случай – практически идеальный, я уже много раз рассказывал о нем и партнерам, и журналистам. Но, увы, это единственный подобный пример, который я знаю.
В основном же выбор оборудования зависит от того, сколько денег та или иная государственная структура может потратить на оснащение объекта системами ТСБ. Большинство решений подверстывается именно под выделяемую на объект сумму. Сами понимаете, что далеко не всегда ее бывает достаточно для того, чтобы была возможность выбрать лучшее. Исключение – особо важные объекты, когда всерьез анализируются потенциальные угрозы и выбирается действительно лучшее оборудование. Правда, справедливости ради надо сказать, что развитие рынка в целом и его сервисной составляющей, в частности, все чаще заставляет инсталляторов отдавать предпочтение качественной технике, которая не требует больших затрат на гарантийное обслуживание. Еще один момент, влияющий на выбор оборудования, условно можно назвать политической составляющей госзаказа. Если предполагается, что на этом объекте будут часто бывать крупные чиновники, руководители города, то и заказчики, и инсталляторы стараются выбрать технику понадежнее.

Александр ПОПОВ:
Тому, что это утверждение неверно, посвящена отдельная моя статья на страницах ТЗ. Давать развернутый ответ на этот вопрос – это повторить всю статью на 8 полос. Если еще раз и коротко, то наличие «гос» абсолютно никак не связано с совершенством применяемой техники и оптимальностью выбранных решений. Наглядный пример – непрерывное «строительство безопасных городов», но исключительно в континиусном времени. Ни один город в совершенном (перфектном) времени так нормально и не построен.

Вопрос для обсуждения
Финансовые риски при государственном и коммерческом заказе: есть ли разница и насколько она существенна?

Алексей ГУРЕЕВ:
При государственном заказе финансовые риски практически сводятся к нулю. В случае работы на коммерческом рынке риски всегда существенно выше. Более того, уже давно стало нормой для коммерческих структур заключение контрактов, которые вообще не предусматривают предоплаты, что, в свою очередь, приводит к увеличению кредиторской задолженности для обеспечения исполнения обязательств по проекту. Немаловажным фактором является также высокая достоверность прогнозируемых поступлений денежных средств в течение года, что позволяет вести качественное бюджетное управление в компании. С моей точки зрения, госзаказ более выгоден для исполнителей, чем заказ коммерческих структур.

Вячеслав ТЕСАКОВ:
На мой взгляд, при госзаказе риски ниже. Если у тебя подписан контракт, если тендер выигран неконфликтно, в конечном счете все деньги приходят. В коммерческом секторе неплатежи случаются гораздо чаще, особенно сейчас. Но и до кризиса подобное бывало – чем сильнее у компании «крыша», тем больше вероятность не получить или не вовремя получить деньги за поставленную продукцию и сделанную работу.

Александр ПОПОВ:
Разница есть, и очень существенная. Коммерческий партнер предсказуем. Он конкретен. Это – конкретные имена и фамилии руководства, это их известность и репутация на рынке. В конце концов, честный коммерческий партнер всегда открыт. Да и рынок наш достаточно откровенен (по крайней мере, среди «своих», к коим, надеюсь, могу отнести и себя) – можно обмануть кого-то один раз, а потом, если кто-то наступил снова на те же грабли, это результат его нежелания работать так, как надо, результат лени и самоуверенности. Помнится, я даже на форуме одного из отраслевых интернет-порталов организовывал тему «Черные списки клиентов». То есть с коммерческим партнером сам риск известен, он может быть и большим, но ты знаешь, что он большой, в соответствии с этим и строишь свою работу. Или быть минимальным, соответственно, клиент при этом оказывается в более выгодном для него положении. И коммерческий партнер сам это отлично понимает, поддерживая в абсолютном большинстве случаев честные взаимовыгодные правила, создавая тем самым самому себе более выгодные условия. Да и о завтрашнем дне коммерческий партнер думает постоянно. Он платит свои деньги.
Госзаказчик всегда обезличен. Есть только некий чиновник или группа лиц, отвечающих за то-то и то-то, а любой необходимый шаг в сторону – это поиск другого ответственного лица. Но самый большой риск, что ответственное лицо отвечает только перед другим лицом более высокого ранга, а перед поставщиком-инсталлятором реально (деньгами) никто не отвечает. Поэтому риски могут быть не просто большими, но и непредсказуемыми. Причем никто не откажется ни от каких обязательств. Но когда? – такой вопрос может повиснуть надолго. Именно когда у нас прямой госзаказ составлял основную часть оборота, нам было как-то заявлено по поводу неплатежей в наш адрес по договорам: «Вы что, не знаете, какое положение в армии?!» Это был единственный случай в нашей истории, когда зарплата была задержана на месяц. А мы – не бюджетники. У нас нет других источников дохода, кроме нашей производственно-коммерческой деятельности. Поэтому непредсказуемость рисков может означать в абсолютном выражении и полное разорение. Известны мне и более поучительные случаи с другими фирмами. Думаю, в непредсказуемости инициатив от чиновников каждый имел возможность убедиться. Может иметь место и непредсказуемое изменение решений уже в процессе работы. А в природе этого заложено какое-то нездоровое искаженное понимание взаимоотношений: госзаказчик вправе творить все, потому что он «гос».
Здесь, как в экстремальных видах спорта, – главное вовремя понять, где кончается экстрим и начинается просто... (ну, вы поняли). Вот главный риск госзаказа – не уловил эту грань, и… летальный исход.

Вопрос для обсуждения
Как получить госзаказ? По каким критериям должны проводиться тендеры?

Алексей ГУРЕЕВ:
Для того чтобы работать с предприятиями госзаказа, нужно понимать специфику подходов по построению систем защиты государственных объектов. Необходимым условием при работе с госструктурами очень часто становится наличие собственного производства, собственного R&D в области аппаратных и программных средств, так как ни одно из существующих решений, в том числе и известных зарубежных производителей, не отвечает в полной мере требованиям заказчика. Для меня сложно ответить, по каким критериям должны проводиться государственные тендеры, но абсолютно точно знаю, что не цена должна быть определяющим фактором при принятии решений, иначе заказчик при таком подходе может получить систему от производителей, не отличающихся высокими требованиями к качеству исполнения и надежности. Для меня основными критериями выбора подрядчика являются следующие: в первую очередь это опыт компании в области построения систем физической защиты крупных государственных объектов, качество работ при внедрении систем, условия предоставления длительной гарантии на инсталлируемые комплексы.

Вячеслав ТЕСАКОВ:
Нужно познакомиться с нужным человеком, получить условия тендера, желательно подыграть условия тендера под имеющиеся у вас технические средства или под те возможности, которые у вас есть. Вероятность проигрыша есть всегда, особенно если вы ошиблись с ценой. Правда, может также найтись желающий поработать просто за оборотные средства для своей компании, особенно сейчас, в период кризиса.

Александр ПОПОВ:
Насчет «получить». Поучаствовать в госзаказе поставкой оборудования, причем не в адрес конечного заказчика, а в адрес как минимум инсталлятора, а то и посредника, причем, возможно, и не одного, стремятся все фирмы рынка. Но, как ни странно, инсталляторами все чаще выступают малоизвестные, а то и неизвестные на рынке фирмы. Касательно стремления непосредственно получить госзаказ в том виде, в каком он сегодня существует, по-моему, наилучшим образом ситуацию отражает замечательное высказывание уж не помню точно кого именно из именитых бизнесменов Америки начала XX века: «Стратегия вложения капитала определяется тем, что для вас важнее – хорошо есть или хорошо спать». Хотя насчет хорошо есть тоже никаких гарантий нет. А вот спать хорошо точно не придется.
А как должны проводиться тендеры – это практически вопрос о том, как привести наш госзаказ к нормальному облику.
Прежде всего какими не должны быть тендеры. Именно такими, какими они представлены сегодня. А именно – ценовыми и закрытыми.
Во-первых, наш рынок – рынок в принципе не ценовой конкуренции. Это какой-то китайский подход: чем дешевле, тем лучше. На языке маркетинга эта называется производственной концепцией. Да, во времена Генри Форда такая концепция работала. Когда не было никаких других автомобилей, а единственный, имевшийся на рынке, надо было делать массовым, доступным самому широкому кругу потребителей. Но уже в 30-х гг. XX века сын Генри чуть не похоронил весь папин бизнес с этой концепцией. Честь и хвала Зауэру, сделавшему массовым ружье достойного качества, доступное широкому кругу. Но покажите мне сегодня хоть одного более-менее здравомыслящего человека, выбирающего оружие по критерию чем дешевле, тем лучше? А наш рынок очень схож с рынком оружия по критерию выбора. Он и является, если посмотреть более широко, если не рынком оружия, то уж во всяком случае рынком технического вооружения. Тем более что в конечном исполнении выясняется, что общего бюджета хватило бы на самое достойное оборудование. Так почему же предпочтение изначально отдавалось самому дешевому? Ответ на вопрос в следующем пункте.
Итак, производственная концепция с ее ценовой конкуренцией – путь, ведущий в никуда. И повсеместно сегодня работает единственно возможная концепция маркетинга. То есть удовлетворение потребности потребителя. И вот здесь очень частая фундаментальная беда госзаказа – а потребности, как таковой, и нет. Назвать потребностью безопасность – это не потребность для рынка технических средств. Это все равно что назвать потребностью сытость для рынка продовольствия. Конкретная потребность не сформулирована. Вместо этого имеем две крайности. Первая – начинается запрос всего, что когда-то видели на выставках, в кино, слышали по рассказам. Получают, даже запускают, а желаемого результата нет. Это как если бы мы с вами пришли к врачу и сказали, какие лекарства он нам должен выписать, какие процедуры назначить, чтобы вы выздоровели от недуга. Думаю, он бы отправил вас в аптеку. Он-то зачем? А, оказывается для госзаказа – чтобы было кому за конечный результат ответить. Согласится нормальный врач даже за большие деньги? Думаю, нет. Вот почему в числе инсталляторов нередко выступают фирмы-новички или фирмы, не специализирующиеся именно на рынке ТСБ. Вот они спать точно хорошо не будут. А зубры видят конечный результат и не желают оказаться крайними.
Правда, бывает, что изначально потребность, как таковая, никому и не нужна. Безопасность – очень благодатная почва, чтобы под благовидными предлогами реализовывать сугубо шкурные цели. То есть все переворачивается вверх ногами – безопасность выступает не в качестве целей, а исключительно в качестве средства. А цели в этом случае как раз очень точно определены. Но это уже откровенный криминал, в котором участвовать массового желания на рынке не наблюдается. Вторая крайность: предлагается самим фирмам-поставщикам, инсталляторам сформулировать собственную модель такой конечной потребности. И такое проходило через наши руки. Дескать, как вы сами видите наше решение. Да и еще предлагается разработать несколько вариантов, дабы заказчику было из чего выбирать. Господа, я его буду видеть так, как надо мне, а не вам! Неужели кто-то в этом сомневается? Система работать будет. И решит мои сугубо коммерческие задачи.
Как должно быть. Должна любой системе предшествовать концепция безопасности. Видение ситуации в целом и в частностях самим заказчиком. Это его товар – безопасность, а не рынка ТСБ. Поражение цели – это товар снайпера, а не изготовителя оптического прицела. Должна быть поставлена конкретная (а не общая – безопасность всех и везде) задача. А вот конкретное техническое решение предлагать как раз и не надо. Категорически. Одна и та же задача может быть решена совершенно различными методами. Различным не то что оборудованием, а методами и подходами к решению. В геометрии Лобачевского параллельные прямые пересекаются. И ничего, оказывается, в этом нет страшного.
Тендер должен состоять во всестороннем анализе и сравнении предложенных решений. Причем задача должна быть непременно решена, а самое эффективное решение должно победить в тендере. Причем оно никогда не окажется самым дешевым. Это – закон. Ну, не выбрали же наши чиновники в качестве служебного автомобиля себе «Оку»? А ведь самое дешевое решение. Почему же здесь все не так? Ответ опять-таки в следующем пункте. И уж выбрав решение, не корректировать его по отдельным составляющим, любое изменение повлечет изменение самого решения, которое уже не будет тем, выбранным. И, думается мне, что тендеры должны быть не просто открытыми, а должна проводиться их защита в присутствии всех претендентов. Но это, вероятно, случится уже в следующей жизни.

Вопрос для обсуждения
К сожалению, нельзя обойти такой вопрос, как коррупционная составляющая. Бытует мнение, что без «отката» госзаказ не получишь, насколько оно, на ваш взгляд, верно?

Алексей ГУРЕЕВ:
Мне кажется, это надуманная проблема, раздутая средствами массовой информации. Мы не используем подобную практику и не знаем, как обстоят с этим дела у других компаний. Для того чтобы получить доступ к госзаказу, любой из компаний индустрии безопасности предстоит проделать нелегкий путь, связанный с инвестициями в разработку и производство программно-технических комплексов, их сертификацией в ведомствах, с которыми исполнитель собирается работать. Моя оценка длительности вхождения на государственный рынок безопасности как минимум от полутора до двух лет. Это действительно серьезные инвестиции, если это называется «откатом», тогда действительно без этого ну никак не обойтись.

Вячеслав ТЕСАКОВ:
О коррупции сегодня открыто говорят на самом высоком уровне. Не так давно в телевизионной передаче депутат Государственной думы сказал, что, по его сведениям, до 30% тендеров проходят по «откатной» схеме. По моим оценкам, законодатель эту цифру занизил как минимум вдвое. Вообще этот вопрос лучше всего задать чиновникам, которые берут эти самые «откаты». По крайней мере, их информация будет самой точной.

Александр ПОПОВ:
Раз мнение бытует, значит, нет дыма без огня. Возможно, что прямого «отката» в абсолютно каждом случае и нет. Но есть много-многоступенчатые схемы. Вот кто мне объяснит: почему если известно и прописано даже в проекте, что производитель товара N – это фирма А, то почему этот товар N должен быть отгружен не то что в адрес конечного потребителя, а сплошь и рядом в адрес инсталлятора не непосредственно фирмой А (хотя она отгружает этот товар по всей стране любому коммерческому партнеру напрямую), а исключительно через некую комплектующую (снабженческую), а то и не одну, посредническую фирму? Попробуйте предложить такую схему коммерческому заказчику – ох, и наслушаетесь в свой адрес. Этот, наоборот, выяснит первоисточник каждой позиции, цену у этого первоисточника и потребует, чтобы в калькуляции фигурировала именно эта цена (разве что за доставку и хлопоты накинет из щедрости). И вроде бы в силу объема поставки фирма А дает максимальную скидку на товар N, но эта посредническая фирма не будет работать на общественных началах. И получается, что госзаказчик (потребитель) ничего не выиграл, фирма А никакой дополнительной выгоды для себя не получила, а деньги потрачены огромные. Узнаешь из газет и диву даешься, сколько же могут стоить видеокамеры на нашем рынке! Причем те, которые видим на гособъектах.

Вопрос для обсуждения
Главные, на ваш взгляд, проблемы формирования и распределения государственных заказов в отрасли ТСБ (недостаток объективной информации, излишняя бюрократизация, коррупция и т. д.).

Алексей ГУРЕЕВ:
Я не вижу больших проблем с формированием и распределением государственных заказов, по крайней мере, в той части заказчиков, с которыми работает наша компания. Обычно еще в конце года нам становятся известны программа по оснащению объектов системами физической защиты на следующий год и примерные даты проведения тендеров. Поэтому у нас есть достаточно времени для предпроектного обследования объектов, подготовки качественных коммерческих предложений, сбора документов к участию в тендерах. Если говорить о каких-то новых для нас секторах государственного рынка, в которых мы не представлены, действительно могу отметить крайне проблематичное получение информации о готовящихся тендерах и ведомственных программах по оснащению системами безопасности объектов, а порой и просто нежелание заказчика вступать в переговоры по данным вопросам.

Вячеслав ТЕСАКОВ:
Мне кажется, что правильнее вести речь об отношении к госзаказу как таковому. У нашей отрасли нет только ей присущих особенностей. Что, на мой взгляд, нужно сделать в первую очередь? Главное – чтобы была реальная ответственность государственных заказчиков за принимаемые ими решения. Какое оборудование установлено, насколько оно соответствует требованиям к безопасности объекта, сколько государственных денег за все это заплачено. Ведь совсем нетрудно сравнить цены в смете компании – победителя тендера с реальной рыночной стоимостью оборудования и монтажных работ.
К сожалению, вынужден признать, что скоро все эти проблемы не решатся. Нам нужно пройти много итераций, прежде чем мы научимся правильно формировать структуру госзаказа. Конечно, было бы идеально, если бы независимые эксперты создавали техническое задание, в котором четко было бы прописано, какими должны быть параметры камер, пожарной сигнализации, сроки оповещения и т. д. Если задача сложная, дешевыми средствами проект не выполнить, и демпинг уже не получится. Больше того, эксперты на этом же этапе могли бы формировать приблизительную цену этого госзаказа. Ведь прайс-листы всех поставщиков известны, расценки монтажников – тоже. Не вижу здесь больших проблем. Но этим никто не занимается, хотя есть организации, которые имеют силы и средства для подобной работы. Но они составляют списки и перечни оборудования, хотя кому они нужны, эти перечни? Любое имеющее российский сертификат оборудование можно устанавливать. Главное – чтобы оно соответствовало требованиям конкретного объекта.
Фактически отсутствует система создания типовых ТЗ. Что мешает создать такое типовое ТЗ для школ, детских садов, больниц и других практически типовых объектов? Да еще и посчитать, сколько это будет стоить. Это же совсем несложно. А если будут конкретные требования, все монтажники должны их выполнять. Это же государственный заказ, вот пусть государство и озаботится выставлением четких требований того, что оно хочет. Кстати, и коррупционная составляющая снизится, потому что ориентировочная цена будет известна, и, если она завышена, это сразу и всем будет видно. Вроде бы все просто. Главное – чтобы это было надо тем, кто принимает решения.

Александр ПОПОВ:
Основной и главный недостаток – отсутствие грамотных концепций безопасности объектов. То есть не сформулирована в необходимом для решения объеме задача. А если задача не поставлена, бесполезно ждать ее успешного решения. И еще отсутствие прямого диалога заказчика и исполнителя. В силу прежде всего все той же многоступенчатости – этакая национальная специфика. Зачастую снобизм, продиктованный, по-моему, отсутствием некой коммерческой культуры, краткая суть которой: никто никому ничего заранее не должен; и заказчик, и клиент – совершенно равные стороны делового процесса, обязанные прежде всего уважать друг друга. Поэтому вопрос приведения госзаказа в правильное русло – это далеко не технический вопрос, который может быть решен в рамках отдельного рынка. Это, если хотите, вопрос национальной культуры. Это вопрос понимания всеми и каждым, что деньги можно зарабатывать в любых количествах, но ни в каких количествах нельзя получать. Зарабатывать и получать. Вот в этой разнице все и дело. Но это вопрос, думаю, не на одного поколения.


Внимание! Копирование материалов, размещенных на данном сайте допускается только со ссылкой на ресурс http://www.tzmagazine.ru

Рады сообщить нашим читателям, что теперь нашем сайте работает модуль обратной связи. Нам важна ваша оценка наших публикаций! Также вы можете задавать свои вопросы.Наши авторы обязательно ответят на них.
Ждем ваших оценок, вопросов и комментариев!

Комментарии:
Добавить комментарий или задать вопрос

Правила комментирования статей

Версия для печати

Средняя оценка этой статьи: 0  (голосов: 0)
Ваша оценка:

назад
|

Axis представляет сетевой радар для точного обнаружения вторжений в контролируемых зонах
Компания Axis дополняет свой обширный портфель продукции сетевыми радарами. Радарные датчики вторжения не реагируют на многие распространенные сигналы, которые приводят к ложным срабатываниям, и легко устанавливаются и интегрируются в существующие системы.



Новинка от компании IDIS: 5Мп IP-видеокамера DC-T3533HRX
Тенденции развития индустрии IP-видеонаблюдения демонстрируют погоню производителей за увеличением разрешающей способности видеокамер. При этом часто оказывается так, что озвучиваемые цифры в 4, 9, 12 и даже 20 мегапикселей оказываются несопоставимыми с физическими размерами сенсоров, используемых в этих камерах. Поэтому подобные разрешения реализуются лишь на уровне соответствующих цифр в настройках камеры и не приводят к какому-либо улучшению изображения.



IBM меняет представление о передаче и хранении видео. Впервые на All-over-IP 2017!
Сравните ваш взгляд на интеллектуальное видеонаблюдение с мнением руководителей корпорации IBM на 10-м форуме All-over-IP 2017.



Реклама
Подписка на новости
Имя
E-mail
Анти-спам код
Copyright © 2008 —2017 «Технологии защиты».